Как не переставать жить во время войны? Беседуем с Дарьей Селивановой

Для всех нас война уже стала новой реальностью. Сейчас уже почти не осталось иллюзий о том, что наша жизнь будет прежней, нужно только подождать окончания военных действий. Первый шок и отрицание прошли. И на смену им пришли другие вопросы: как продолжать жить, учитывая, что мы живем в воюющей стране? Как выстроить работу бизнеса, коммуникации с сотрудниками, с близкими – с учётом новых реалий? И один очень важный вопрос: можно ли разрешать себе привычные радостные эмоции, когда вокруг столько горя? 

В сегодняшней статье мы поговорим о последнем. А именно о том, как балансировать между чувством вины и тем, чтобы продолжать жить и получать удовольствие – рассказывает Дарья Селиванова, руководитель Психологического центра «Без паники». 

Чувство вины выжившего

Для начала расскажу вам о «чувстве вины выжившего». Впервые этот термин появился после Второй Мировой войны. Тогда люди, которые сумели пройти через концлагеря, отмечали, что не могут радоваться этому факту. Вместо облегчения от того, что их жизнь продолжается, они испытывали чувство вины, что другие погибли, а им удалось сохранить свою жизнь. 

Виктор Франкл, австрийский психиатр и психолог, еврей по национальности, попал в концлагерь и сумел выжить. Все его близкие погибли, об этом он узнал, уже освободившись из заключения. Он был одним из первых, кто впоследствии рассказал о чувстве вины выжившего, о своих эмоциональных переживаниях и чувствах людей, которые его окружали. Этот трагичный опыт послужил основой для создания им целого нового направления в психотерапии, которое помогло огромному количеству людей по всему миру. Я очень рекомендую его книгу «Психолог в концлагере». Она подсказывает, как найти силы и мотивацию жить дальше, даже если вы пережили трагические события, как переосмыслить и суметь принять то, с чем вы столкнулись. 

В дальнейшем многие специалисты отмечали «чувство вины выжившего» у людей, которые пережили травматичные ситуации, где другие люди погибли. К ним можно отнести авиакатастрофы, природные катаклизмы, теракты и войны. 

Сейчас психологи относят «чувство вины выжившего» к разновидности посттравматического стрессового расстройства. По сути это некоторое «застревание» в травматичных переживаниях и невозможность что-то сделать с агрессией к происходящему, которая направляется на себя и превращается в чувство вины. 

Однако сейчас чувство вины может быть не только у тех, кто действительно страдает посттравматическим стрессовым расстройством, но и у каждого из нас. Думаю, многие ловят себя на мысли, что «сейчас не время радоваться», «нельзя отдыхать», «я бесполезный и не помогаю другим». Многие наши клиенты отмечают, что война повлияла и на их личную жизнь, и на сексуальные отношения. Не ясно, можно ли ходить в ресторан, ездить в отпуск, можно ли постить радостные фотографии в социальных сетях. Чтобы понять, под контролем ли ваше чувство вины, можно пройти тест

Ситуация осложняется еще и тем, что в нашем обществе достаточно распространена привычка упрекать друг друга. Поэтому всегда есть риск столкнуться с внешним осуждением, которое и так мучительно подгрызает изнутри. 

И еще один осложняющий фактор – это потенциальная возможность находиться в безопасном месте, там, где нет активных боевых действий, или же вынужденная миграция.

Мы имеем право жить дальше. Так с чего начать?

Первое, с чего я рекомендую начать – это некоторое разделение того, что происходит внутри нас и того, каким образом мы делимся этим с миром. Если говорить о внутреннем состоянии, то мы точно имеем право жить дальше. Более того, если мы принимаем другое решение – мы помогаем врагу победить нас. Многое во время войны делается, чтобы запугать и морально подавить. Одна из целей захватчиков – чтобы мы потеряли желание жить, стали безвольными и легко поддавались управлению. Важно помнить, что наши солдаты воюют сейчас именно ради того, чтобы сохранить нашу жизнь и независимость. И наше право жить дальше. 

Здесь важно отметить, что активность и способность делать что-то полезное напрямую зависит от того, получается ли у нас реализовывать свои желания. Чем больше мы делаем чего-то приятного для себя, тем больше мы потом можем сделать что-то для других. Нам необходимо черпать где-то силы и энергию. Любой аккумулятор, даже самый мощный, необходимо заряжать. И подобной «подзарядкой» вполне может стать то, что приносит нам радость и удовольствие. 

Уже предвижу возможную критику и осуждение: мол, как же так? Продолжать жить, как будто ничего не происходит? А где же уважение к тем, кто на передовой? Где же помощь? Где же сочувствие к тем, кто пострадал от войны? Мы ещё позже вернёмся к вопросу «как делиться происходящим в нашей жизни с миром». А пока мне хочется обратить ваше внимание на другой факт. Действительно, если никаким образом не участвовать в помощи стране во время войны – это позиция «моя хата с краю» и «это ко мне не относиться». 

Однако в ситуации войны просто невозможно «оставаться вне политики». Это время, когда приходиться в любом случае делать выбор. Определять, относиться ли твой дом, твой город, твоя страна к «твоей хате». Где проходит граница твоих интересов. Пусть и не затрагивающих тебя лично или даже твою семью. И при таком взгляде чувство вины может быть весьма оправдано. Поэтому важно не только «подзаряжать» свой аккумулятор, но и помогать другим. И здесь важно найти свой способ быть максимально полезным людям и стране. 

От возможности быть полезным – до умения быть упрекоустойчивым

Самый оптимальный вариант, это делать то, в чем вы являетесь специалистом и в чем у вас есть профессиональные успехи. И сфера, в данной ситуации, совершенно не важна. Вы эйчар? Значит, вы умеете общаться с большим количеством людей. Найдите то место, где это может быть нужно. Вы рекрутер? Окей, значит, вы умеете искать нужных людей и работать с большим объемом информации. Вы HRD? Отлично! Значит, могут пригодиться ваши управленческие способности. Вам нравится вести соцсети? Прекрасно! Вы можете работать с аудиторией. 

Сразу вспоминаются случаи, когда музыканты играли в бомбоубежищах или художники, рисующие новые портреты украинских городов в женских обличьях. Поверьте, при желании любая деятельность может сейчас работать на благо страны. Чувство вины может быть связано как раз с ощущением, что вы могли бы делать что-то полезное, но не делаете. И тогда это повод задуматься и наметить вектор для полезных действий. Возможно, просто «донатить» на ЗСУ или делать репосты сборов в соцсетях – это не все, на что вы способны. 

С другой стороны, за чувством вины может стоять столь знакомое многим желание «быть хорошим». Как часто нам бывает важно, чтобы нас одобрили и похвалили. Причём все, без разбора. Ещё год назад представить, что фраза «русский военный корабль — иди на х.й» будет запечатлена на марках государственной почты, станет слоганом крупнейших компаний и просто символом нового времени, было бы немыслимо. Но если уж целая страна позволяет себе «перестать терпеть, быть дерзкой и делать что-то «плохое», то неужели на уровне отдельных личностей страх осуждения должен оставаться примером добродетели? Хочется прям записать это в некоторый девиз: смогло наше государство, и ты сможешь! Упрекоустойчивость – это новый этап развития, на который сейчас самое время перейти. 

Делитесь с желанием «дать»

А теперь о том, как делиться происходящим с миром. С одной стороны, игнорировать военную реальность – не правильно. Если ваши соцсети ничем не отличаются до 24 февраля и после, то скорее всего пункт о личной ответственности и вкладе в помощь стране вами ещё не до конца ощутимы. Улыбающиеся фотографии с ваших путешествий или развлечений, действительно, могут вызывать раздражение и осуждение у тех, кому сейчас сложно.

С другой стороны, мне кажется, что эти эмоции вызывают не сами фотографии, а посыл, с котором они публикуются. И если в этом посыле есть желание «привлечь внимание», «показать свою крутость», «самоутвердиться за счёт красивой картинки», то с большой вероятностью это вызовет агрессию и желание вас покритиковать. По сути, все эти взаимодействия можно охарактеризовать как желание что-то «взять с аудитории». Если же вы делитесь чем-то с желанием «дать», то вряд ли это будет вызывать возмущение. На самом деле, все тоже самое было и до войны. Но сейчас больше черного и белого. И если раньше ваши действия могли быть просто проигнорированы, то сейчас с большей вероятностью реакция будет озвучена вслух. 

Ещё хочется озвучить, что некоторые радости, действительно, имеет смысл разделять с теми, кто может и хочет за вас порадоваться. Возможно, это какие-то конкретные люди, а не «все в целом». 

Скажу ещё пару слов вот о чем: если вы ощущаете, что человеком, который как раз критикует, являетесь вы сами, то здесь стоит поразмышлять, почему вы обвиняете других? Возможно, вы сами сейчас нуждаетесь в подзарядке, но не можете себе этого разрешить? Возможно, кто-то из ваших близких погиб, и таким образом вы проживаете потерю? Возможно, вы хотите быть более полезным своей стране, но не решаетесь или не можете найти форму? По сути, в упреке содержится та же агрессия, но направляется она уже не вовнутрь, как в чувстве вины, а на окружающих. Но у этой агрессии тоже есть свои причины. И важно уметь их замечать. 

Ну и, наконец, хочется напомнить, что упрекоустойчивость необходимо тренировать. Если государство смогло, то и ты сможешь 😉   Счастливой, радостной и продуктивной вам жизни в новых непростых военных условиях. 

Полезные материалы:

 

0

Комментарии